Русалка и фонтан в Мисхоре — легенда об Арзы и скульптуры Адамсона

Набережную Мисхора украшает скульптурная группа «Похищение Арзы»: девушка, склонившаяся к источнику-фонтану, прячущийся за камнями Али-баба — и в море, на скале среди волн, русалка с младенцем на руках. Ансамбль выполнен в 1905 году по проекту эстонского скульптора, академика Петербургской академии художеств Амандуса Адамсона, которого вдохновила старая легенда.

В том же 1905 году по его проекту поставили и Памятник затопленным кораблям в Севастополе — два самых узнаваемых морских монумента Крыма сделаны одним человеком в один год.

В основе легенды — не выдумка. Похищения молодых женщин на побережье и продажа их в стамбульские гаремы были обычным делом на протяжении столетий: после 1475 года Южный берег отошёл непосредственно османскому султану, а Кафа была крупнейшим невольничьим рынком Чёрного моря.

Легенда

В давние времена, когда Южный берег был под властью турецкого султана, жил в деревне Мисхор скромный труженик Абий-ака. Жил он в хижине у самого моря и неутомимо работал на своём маленьком винограднике. Слыл он человеком честным и работящим и пользовался почётом у односельчан.

Бережно ходил Абий-ака за дынями на баштане, за лозой на винограднике, за персиками и яблонями в саду, оберегая их от весенних морозов и туманов, от гусениц и болезней. Но заботливее всего он растил единственную дочь, черноглазую Арзы. Славился старик мудростью, а ещё больше — красотой дочери: стан её был строен и гибок, как виноградная лоза, сорок тонких косичек сбегали по плечам до самых колен, глаза были черны, как звёздное небо над цветущей яблоней, губы рдели, как две спелые вишни, а щёки румянились, как бархатные персики.

Любовались Арзы все. Но внимательнее прочих присматривался к ней хитрый старик Али-баба. Он потерял покой с того дня, как впервые увидел её у фонтана на берегу, набирающей воду в медный кувшин. Али-баба был хозяином фелюги с пёстрыми парусами, часто приходившей с турецкого берега с товарами. Купца не любили: он ловко обманывал и при покупке, и при продаже. А ещё шла о нём тёмная молва — будто высматривает он девушек в южнобережных деревнях, похищает их и увозит в Стамбул на продажу в гаремы пашей и беев.

Арзы всегда становилось не по себе, когда она ловила на себе его взгляд.

Время шло, девушка хорошела. Весело хлопотала она у отцовской хижины, звенел её смех на винограднике, с песней спускалась она к своему любимому фонтану и подолгу сидела там, глядя, как волна за волной набегает на берег и шевелит разноцветные камешки.

Много мисхорских женихов присылало сватов, но старик посмеивался, а Арзы пряталась: она не могла забыть весёлого парня из дальней деревни, которого однажды встретила у того же фонтана. О нём она и думала, глядя на волны и на чаек.

И пришёл день, когда парень прислал сватов. Покачал головой Абий-ака — жаль было отдавать дочь в чужую деревню, — поплакала мать, но сватам не отказали.

Пришла весна, зацвели деревья у хижины, но пышнее них цвела невеста. Одно печалило её: близкая разлука с отцом и матерью, с родной деревней, с подругами и с милым фонтаном у моря.

Свадьбу праздновала вся деревня, пришли гости и из соседних. Звенели смех и песни, но Арзы была печальна. Спустились весенние сумерки, в синюю тень погрузилось подножие Ай-Петри, у деревни запел рожок возвращавшегося со стадом пастуха, подёрнулась мраком морская гладь. Тогда наряженная в пёстрое одеяние невеста тихонько вышла из хижины: захотелось в последний раз проститься с фонтаном и с морским простором.

Она взяла медный кувшин и спустилась к воде. Там, у самых волн, слушая плеск прибоя и журчание источника, она задумалась о детстве — и не подозревала, что за каждым её шагом следят, что в прибрежных кустах прячутся чужие люди, что фонтан окружён со всех сторон.

Арзы нагнулась и подставила кувшин под жёлоб. Звонко побежала вода в медный сосуд. И вдруг что-то шевельнулось над самой её головой, послышался лёгкий кошачий прыжок, и две цепкие руки обхватили девушку. Отчаянный крик вырвался у неё из груди — но другие руки закрыли ей рот, набросили на голову плащ и скрутили так, что она не могла издать ни звука.

Пираты подхватили добычу и во главе с Али-бабой бросились к лодке. Купец торжествовал: наконец-то удалось похитить такую красавицу, которая станет украшением дворца самого султана, а ему принесёт много золота. Узнав о свадьбе, он совсем было потерял надежду — а тут она сама вышла ему навстречу.

Обезумев от ужаса, прибежал на крик отец, бросились за ним жених и гости, но было поздно: фелюга уже уносилась к Стамбулу. Деревня огласилась воплями.

Тосковали не только родители, жених и односельчане. Зачах и любимый фонтан: прежде он весело журчал и давал обильную влагу, а когда исчезла Арзы — стал иссякать, и наконец с жёлоба покатились лишь тяжёлые капли, как горькие слёзы.

В Стамбуле удача Али-бабу не оставила. Не успел он вывести плачущую девушку на невольничий рынок, как явились туда евнухи султана и нашли её достойной гарема. За Арзы купец получил столько золотых монет, сколько нужно было, чтобы выложить ими ложе его величества.

А она тосковала, дичилась жён, рабынь и евнухов и таяла не по дням, а по часам. Родила сына — но и он не принёс ей облегчения. Ровно через год с того дня, когда её схватили у родного фонтана, Арзы поднялась с ребёнком на угловую башню султанского сераля и бросилась в пучину Босфора.

В тот же вечер печальная русалка с младенцем впервые подплыла к фонтану у берега Мисхора. С тех пор раз в год, в день похищения, фонтан начинал струиться сильнее, и в этот час из тихих волн появлялась русалка. Она подходила к воде, жадно пила, играла со струёй, смачивала руки и волосы, гладила камни, потом сидела на берегу и задумчиво смотрела на морской простор и на родную деревню. А затем тихо опускалась в волны — до следующего года.

Где стоят скульптуры и что с ними стало

Фигуры разнесены по берегу так, как того требует сюжет: «Арзы у фонтана» и «Али-баба» — на набережной, «Русалка» — в море, на камне в нескольких метрах от берега. Смотреть их нужно все три, иначе история не читается.

Нынешняя русалка — не работа 1905 года. Первую скульптуру погубил шторм, и на камне стоит копия. В описаниях называют разные годы утраты и восстановления, поэтому точную дату мы не приводим — но знать, что перед вами повторение, стоит.

Фонтан на набережной иногда не работает: это декоративное сооружение, а не источник, и подача воды зависит от состояния коммуникаций посёлка.

Что рядом и сколько это займёт

• Мисхорская набережная и парк — прогулка на час-полтора; парк старый, с кедрами и платанами.
• Канатная дорога Мисхор — Ай-Петри — нижняя станция в двух шагах; подъём на плато занимает около пятнадцати минут.
• Ай-Петри — то самое подножие, которое в легенде погружается в синюю тень.
• Ласточкино гнездо — четыре километра вдоль берега в сторону Гаспры.
• Мисхор, Кореиз и Гаспра — как устроен этот кусок побережья и что в нём где.

На сам скульптурный ансамбль хватает получаса; вместе с парком и набережной — полдня, если добавить канатную дорогу — целый день.

Когда ехать

Скульптуры стоят под открытым небом и доступны круглый год. В июле и августе на набережной людно, и снять русалку без чужих голов в кадре трудно; лучше приезжать рано утром. В межсезонье здесь пусто и заметно выразительнее. Русалку в сильное волнение заливает — и это, надо сказать, самый подходящий для неё вид.

Как добраться

Мисхор — курортная часть Кореиза, в 12 километрах от Ялты по Южнобережному шоссе. Из Ялты идёт рейсовый транспорт до Мисхора и Кореиза; ориентир — нижняя станция канатной дороги, от неё вниз к морю пешком. На машине от Севастополя около 70 километров, от Симферополя порядка 100 через Ангарский перевал. Парковка у набережной в сезон заполняется к полудню.

Поездка с нами

• Джип-туры из Ялты — Южнобережье и подъём на Ай-Петри.
• Индивидуальные экскурсии — день под ваш график.
• Все джип-туры — направления, машины и цены.