Землетрясение 1927 года в Севастополе — хроника ночи и последствия

В ночь на 12 сентября 1927 года Крым тряхнуло сильнее, чем когда-либо на памяти живших. Эпицентр был в море неподалёку от Ялты, но досталось всему побережью: в Севастополе силу толчков оценили в восемь баллов.

Эта страница — про то, как ту ночь пережили Севастополь и Балаклава, по документам городского архива и газетным сообщениям. Общий ход событий по полуострову — на странице крымского землетрясения 1927 года, где описаны обе сентябрьские и июньская серии толчков.

Хроника ночи

В начале первого часа ночи город потряс сильный подземный толчок. Полминуты спустя последовал второй, слабее. Оба сопровождались волнообразными колебаниями почвы — тем самым эффектом, из-за которого людям кажется, что земля идёт волной.

Около двух часов ночи ощущалось ещё одно довольно сильное колебание.

«Маяк коммуны» описал первый удар как событие не только подземное: вместе с толчком пришёл гул и грохот «необычайной силы», а провода городских сетей, сходясь друг с другом, давали вспышки и хлопки, которые газета сравнила с ружейными выстрелами.

Это объясняет масштаб паники лучше любых оценок в баллах: люди в темноте одновременно слышали гул из-под земли и видели вспышки со стрельбой над головой.

Люди

Жители выбежали на улицы, а часть их, не дожидаясь лестниц, прыгала из окон и с балконов. Почти все пострадавшие той ночи в Севастополе — не придавленные обломками, а разбившиеся при таком прыжке.

• Красноармеец в казармах Брестского полка прыгнул с третьего этажа и отделался сравнительно лёгкими ранениями.
• Заведующий коммунальными домами Захаров прыгнул со второго этажа на Таврической, 38, и повредил ноги.
• Женщина, прыгнувшая со второго этажа на улице, носившей тогда имя Троцкого, получила ушибы.

Медицинскую помощь, судя по газетным отчётам, всем оказали в ту же ночь. Погибших в городе не было.

Слухи и официальное «не поддаваться панике»

Наутро «Маяк коммуны» выпустил экстренный бюллетень с обращением городских властей. Смысл его сводился к двум требованиям: не паниковать и не пересказывать чужих предсказаний.

Поводов для второго хватало. Толчков такой силы никто из живущих не помнил, объяснить их было нечем, и город за сутки обзавёлся собственной геологией. Самая живучая версия: полуостров вот-вот затонет, потому что очертаниями на карте он похож на гриб со шляпкой и тонкой ножкой, а ножку подземные удары рано или поздно переломят.

Райисполком и президиум горсовета отчитались через несколько часов: вода и свет подаются без перебоев, врачи на местах, пожарные в готовности, предприятия и учреждения открылись, транспорт и связь работают. Формулировка в сводке была короткой — жизнь города идёт нормально.

Что на самом деле было разрушено

В порядке было далеко не всё.

• Повалены трубы жилищных коммуникаций.
• С фронтонов многих домов сброшены лепные украшения.
• Во многих зданиях трещины в стенах и потолках, обвалившаяся штукатурка и карнизы.
• На улице Охотской разрушены стены небольшого старого дома, пострадали муж и жена; мужчину отправили в больницу.
• В двух домах по улице Карла Маркса из-за замыкания проводов начался пожар.

В городском архиве сохранился рапорт милицейского патруля с Зелёной горки, написанный по горячим следам. Дом у вокзала в нём назван разрушенным совершенно: обе стены обвалились, хозяина тяжело контузило, его жену завалило землёй наполовину. Женщину увезли в больницу с тяжёлым нервным потрясением.

Балаклава

Первое время в Севастополе рассказывали о невероятной катастрофе в Балаклаве, а балаклавцы в то же самое время передавали друг другу, что в Севастополе рухнул Институт физических методов лечения (сейчас в этом здании Дворец детского и юношеского творчества). Успокоил всех только приезд милиции, сообщившей, что слухи сильно преувеличены.

Реальные события в Балаклаве были другими и по-своему примечательными.

Море ушло и вернулось. С первыми толчками у северного берега бухты обнажилось дно: очевидцы говорили, что уровень упал больше чем на полметра. Потом вода пошла обратно и поднялась приливом. Это то самое поведение моря при подземном ударе, о котором в 1927 году знали только по книгам.

Набережная треснула — вдоль неё прошло несколько продольных трещин. Дома по всему посёлку потрескались и осыпались штукатуркой, кое-где порвало водопровод, а фабрика «Пролетарий» и «Гранд-отель» остались без электричества.

Пострадавших было трое: один упал с балкона, двое — из окна рушившегося дома. Погибших нет, но травмы у всех тяжёлые. Многие жители и приезжие решили переждать бедствие в Севастополе; по архивным документам видно, что добирались туда пешком.

Херсонес: землетрясение посреди конференции

Совпадение, которое трудно придумать: в ту ночь в Херсонесском заповеднике шла всесоюзная археологическая конференция, посвящённая столетию начала раскопок.

В нескольких зданиях осыпалась штукатурка, обвалилась одна из башен городища. Собравшиеся археологи и геологи — то есть ровно те специалисты, которые могли объяснить происходящее, — через газету призвали горожан сохранять спокойствие.

Сколько это стоило

Через несколько дней крымские депутаты обсуждали распределение долгосрочной беспроцентной ссуды в 300 тысяч рублей, отпущенной на помощь пострадавшим. Севастополю выделили 60 тысяч, Балаклаве — 15 тысяч.

Протокол Крымского ЦИКа делит пострадавшее жильё надвое: одни дома разрушены совсем, другие дали серьёзные трещины. Возвращаться под крышу люди боялись — толчки могли повториться в любой момент. Газетная формулировка тех дней: население южного побережья живёт под открытым небом.

Две оценки общего ущерба. По предварительным подсчётам комиссий и райисполкомов — 31,819 млн рублей по Крыму, в том числе 8 млн по Севастопольскому району. В обращении крымского правительства, распространявшемся листовками примерно два месяца спустя, названа другая цифра — «по самым скромным предварительным подсчётам, убытки составляют 35 млн рублей». Обе оценки предварительные и сделаны в разное время; расхождение мы не пытаемся закрыть.

Спустя год подсчитывали уже выделенное: Севастополь получил около 700 тысяч рублей, Балаклава — 76,8 тысячи.

Толчки не кончились в сентябре

Из того же правительственного обращения видно, что земля не успокоилась: рано утром 24 сентября зарегистрировали ещё три толчка, и разрушения прибавлялись.

К ноябрю, по оценке крымского правительства, бедствие тянулось уже около двух месяцев. Паника первых дней прошла, но обстановку в обращении называют чрезвычайно тяжёлой, и причины перечислены бытовые: пришли холода, зарядили дожди, пошла вверх заболеваемость. Вдобавок удар пришёлся на разгар сбора винограда и табака — заметную часть урожая потеряли.

Как собирали деньги

Способы говорят о времени больше, чем цифры.

• Оставшихся без крова балаклавцев решили временно расселить в Севастополе в зданиях госучреждений.
• Руководство киевской фанерной фабрики, узнав о бедствии, предложило городу купить фанеру для временных жилищ — денег у Севастополя не хватило.
• Организовали сбор пожертвований.
• Повсюду продавали почтовые карточки с изображением разрушений — выручка шла на восстановление.
• К цене театрального билета добавили сбор в фонд помощи; такие же отчисления сняли с карточной игры — два процента — и с дохода рулетки — десять.
• Единовременные выплаты пострадавшим составляли от четырёх до тридцати пяти рублей; вместе с деньгами выдавали продукты и тёплые вещи, потому что к тому времени уже похолодало и шли дожди.

В Севастополе в эти недели было много беженцев из Ялты, а часть местных жителей обращалась в комиссию по материальной помощи за пособием на выезд в центральные губернии.

Что от этого осталось сегодня

Следы 1927 года на побережье искать не нужно — они на виду, если знать, куда смотреть.

• Ласточкино гнездо — самый известный пострадавший: в море упали шпили, откололся кусок опорной скалы, а через сорок лет замок пришлось спасать. Как именно — на странице реставрации.
• Воронцовский дворец в Алупке и алупкинская мечеть получили повреждения.
• Демерджи — обвалы и оползни, вызванные толчками, видны на склонах до сих пор; то же под Судаком.
• Гора Кошка — обвалы на склонах.
• Застройка побережья — всё, что строилось после 1927 года, проектировалось уже с учётом сейсмики. Крым — район, где расчётные восемь-девять баллов не теория.

Об этом землетрясении писали и в художественной литературе — см. крымские землетрясения в литературе. Как ту же ночь пережил восточный берег — на странице землетрясения в Алуште, а история сейсмичности полуострова в целом — в обзоре крымских землетрясений.

Если хочется посмотреть на месте

Отдельного маршрута «по следам землетрясения» не существует, но собрать его можно, и он логично ложится на обычную поездку по побережью.

• Балаклавская набережная — полчаса прогулки; здесь трещины 1927 года и место, где вода ушла из бухты.
• Херсонес — половина дня; башни городища и то самое место конференции.
• Ласточкино гнездо — час-полтора вместе с дорогой, главный памятник событию.
• Документы — рапорты и протоколы хранятся в Севастопольском госархиве; порядок доступа к фондам архивный, а не экскурсионный, и его нужно выяснять заранее.

Лучшее время для такой поездки — май-июнь и сентябрь-октябрь: не жарко, и по городу с Балаклавой можно ходить целый день. Специальной подготовки маршрут не требует, но обувь для долгой ходьбы понадобится.

Как добраться

Севастополь связан с остальным Крымом трассой на Симферополь и Ялту: от Симферополя около восьмидесяти километров, от Ялты — восемьдесят с небольшим через Ласпи и Форос. Есть железнодорожное и автобусное сообщение, в городе работает пригородный транспорт.

До Балаклавы из центра Севастополя — около пятнадцати километров, городским транспортом примерно сорок минут. До Херсонеса — на городском транспорте в сторону улицы Древней; маршруты и расписания меняются, уточняйте их на месте.

Поездка с нами

• Джип-туры из Севастополя — выезды из города.
• Из Севастополя в Бахчисарай — маршрут на день.
• Экскурсии по Крыму — направления и форматы.