Дом-музей Чехова в Ялте: Белая дача, сад и как её смотреть

Посёлок Чехово, музей Чехова, памятник Чехову, театр его имени, улица, библиотека, школа — в Ялте с этим именем связано столько всего, что оно перестаёт читаться. Между тем речь о человеке, который прожил здесь пять с половиной лет и за это время написал «Три сестры», «Вишнёвый сад» и «Даму с собачкой».

Дом-музей на улице Кирова — та самая Белая дача. Это не реконструкция и не воссозданный интерьер: кабинет, спальня и столовая стоят в том виде, в каком их оставил хозяин 1 мая 1904 года. Случай для России редкий, и объясняется он одним обстоятельством, о котором ниже.

Как Чехов оказался в Ялте

Впервые он приехал сюда летом 1888 года — по его собственному выражению, чтобы «удовлетворить хотя немного свою страсть к передвижению». Море произвело сильное впечатление; позже, в «Чёрном монахе», он опишет картину, которую, судя по всему, видел сам: «Была тихая, тёплая погода, и пахло морем. Чудесная бухта отражала в себе луну и огни и имела цвет, которому трудно подобрать название. Это было нежное и мягкое сочетание синего с зелёным».

В июле — августе следующего года он прожил в Ялте три недели и работал над «Скучной историей». Ещё через пять лет приехал уже лечиться, не зная тогда, насколько серьёзно болен: жил в гостинице «Россия», в комнате номер 39.

В 1898 году по совету врачей Чехов решил поселиться в Ялте и приехал сюда с матерью и сестрой Марией. Он купил небольшой участок и построил двухэтажный дом с мезонином, который современники назвали Белой дачей. В этом доме он прожил с 1899 по 1904 год.

Популярность его среди ялтинцев была велика, и не литературная: к нему приходили за советом учителя и врачи, за помощью — больные. Чехов состоял в попечительском совете Ялтинской женской гимназии, нынешней школы № 5.

Почему в доме всё осталось как было

Заслуга в этом целиком принадлежит сестре писателя. Весной 1921 года, сразу после окончания Гражданской войны в Крыму, Ялтинский военно-революционный комитет принял решение сохранить дом, и Марии Павловне Чеховой поручили организовать музей. Она возглавляла его тридцать шесть лет, до последнего дня своей жизни — 15 января 1957 года.

Благодаря ей в доме сохранилось всё так, как было в день отъезда Чехова из Ялты. Столовая, спальня и кабинет стоят в том виде, в каком они были при его жизни; в одной из комнат открыта историко-литературная экспозиция о жизни и творчестве писателя.

Самое тяжёлое испытание пришлось на войну. Эвакуировать музей не смогли, и 78-летняя Мария Павловна осталась в Ялте, занятой немцами 7 ноября 1941 года. Квартирьеры пришли выбирать комнаты для майора и нацелились на кабинет и спальню; она убедила их, что это музей, показала выставленную на всякий случай фотографию Гауптмана и отдала постояльцу столовую, а обе мемориальные комнаты заперла и держала ключ при себе. Майор прожил в доме неделю. Сама она всю оккупацию голодала, перенесла тиф и воспаление лёгких, которые приходилось скрывать. В день освобождения Ялты, 16 апреля 1944 года, в дом пришли солдаты и оставили ей благодарственное письмо — его она считала главной наградой за свою работу.

Помогали ей братья. Иван Павлович, учитель, в Гражданскую войну жил в доме и вместе с сестрой его отстаивал. Младший, Михаил Павлович, переехал в Ялту в 1926 году и десять лет был первым научным сотрудником музея и первым биографом брата: вдвоём с сестрой они составили каталог экспонатов, выдержавший с 1937 года семь изданий. В 1974–1980 годах дом укрепили — фундамент, стены, перекрытия, — а поток посетителей ограничили, чтобы мемориальная обстановка не износилась.

Комнаты по порядку обхода

Дом с флигелем построил за десять месяцев архитектор Л. Н. Шаповалов, с учётом пожеланий самого Чехова и сестры, и 9 сентября 1899 года семья в него въехала. Комнат девять, и они маленькие — хозяин сам это признавал, добавляя, что виды со всех сторон искупают тесноту. Обход идёт снизу вверх: через сад на первый этаж, потом по наружной каменной лестнице на второй.

Прихожая и столовая. У входа до сих пор сидит фаянсовый мопс — подарок ялтинской знакомой С. П. Бонье, помогавшей Чехову в благотворительности. Гостей, пугавшихся собаки, он успокаивал тем, что и сам её боится, но убрать неловко. В столовой — раздвижной стол под белой скатертью, самовар, венские стулья; обедали здесь в час дня и почти всегда с кем-то из приглашённых. В буфете стоят бокалы из приданого матери, из которых пили на свадьбе родителей в Таганроге в 1854 году. На стенах — пейзажи Марии Павловны, портрет Чехова 1902 года, сделанный для женской гимназии и позже возвращённый в дом её начальницей, и литография с Кипренского: Пушкина Чехов очень любил, и его первый ялтинский год пришёлся на пушкинский столетний юбилей.

Комнаты первого этажа. Все три гостевые двери выходят в столовую, и осматривают их с порога. В комнате для гостей жили Горький, Бунин, Куприн: здесь снимок Чехова с Толстым в Гаспре 1901 года (в самом доме Толстой не бывал) и групповая фотография Бунина, Горького, Мамина-Сибиряка и Телешова, сделанная доктором Срединым в апреле 1900-го. Горький в 1901 году прожил тут девять дней, Бунин — две недели, а Куприн приходил работать по утрам над «В цирке», пока сам хозяин писал наверху. В комнате для родственников, тенистой из-за разросшегося сада, останавливались братья — Александр, журналист и автор воспоминаний, Иван и Михаил. Третья принадлежала Ольге Леонардовне Книппер: тёмно-вишнёвые обои, часть мебели из её московской квартиры, неоконченный портрет работы А. В. Средина и дорожный набор на столике — шкатулка с монограммой, пепельница с чайкой, томик мужа с дарственной надписью «от автора „Чайки“». Первый этаж открыли для посетителей только в 1964 году, и обстановка здесь не вся мемориальная: многое привезено после смерти Книппер из Москвы.

Коридор и комната матери. Второй этаж начинается с веранды, пристроенной в 1912 году для Евгении Яковлевны. В застеклённом шкафу коридора — её бархатное пальто и вещи сына, включая длинное кожаное пальто, в котором он ездил на Сахалин; по нему видно, что ростом Чехов был под метр восемьдесят пять. Двадцать лет прожила в своей комнате мать: диван в ситцевом чехле, этажерка с семейными фотографиями, её портрет кисти дочери и рисунок А. Хотяинцевой, где она раскладывает пасьянс. Иконы в доме — её, сын был неверующим. Умерла она в 1919 году, в 83 года.

Гостиная, веранда и балкон. Гостиная почти не изменилась: светлые обои, тюль, пианино «Смит и Вегенер», обеденный стол под керосиновой лампой. Здесь было шумнее всего весной 1900 года, когда Художественный театр привёз в Ялту «Чайку» и «Дядю Ваню», — над диваном висят пальмовые ветви с прощального спектакля, на ленте дата 23 апреля 1900 года. На пианино играли Рахманинов и Спендиаров, под него пел Шаляпин. В гостиной — картина старшего брата Николая «Бедность», раковина с Цейлона, тарелки, купленные в Гурзуфе, и фотография Венеции, лучшего, по признанию Чехова, города из всех, что он видел. Из гостиной выходят на веранду, которую при нём называли галереей: здесь пили чай, а когда гостей набиралось много, к столу приставляли бамбуковый столик. Балкон увит глицинией, в апреле — мае она цветёт лиловыми кистями; при хозяине на перилах лежал бинокль, чтобы смотреть на корабли у порта, но сейчас моря за деревьями не видно.

Спальня. В неё из кабинета ведёт резная дверь. Железная кровать, стол под зелёным абажуром — за ним больше, чем в кабинете, писался «Вишнёвый сад». На столе раскрыт «Исторический вестник» 1904 года на недочитанной статье, над кроватью три календаря. Листки календаря 1904 года после отъезда сына отрывала мать, и на нём так и осталось 27 мая. В шкафу у кровати видны лекарства и револьвер «Смит и Вессон», взятый на Сахалин и ни разу не стрелявший, на шкафу — ящик с рыболовными снастями: рыбалку он любил всю жизнь, а в Ялте на неё не хватало ни времени, ни здоровья. Шкаф красного дерева между окнами из Таганрога — тот самый, в котором мать прятала сладости и которому дети шутливо кланялись; Гаев в «Вишнёвом саде» обращается к шкафу теми же словами.

Мезонин. На третьем этаже одна комната с балконом — её звали и башней, и светёлкой, и капитанским мостиком. Почти шестьдесят лет здесь жила Мария Павловна, здесь же был её директорский кабинет, на стенах — Левитан. Экскурсии сюда не поднимаются: лестница не выдержит потока людей. Выходят из дома через прихожую, где при жизни Чехова и был вход: на двери всё та же медная табличка с его именем.

Дом, в котором бывали все

«В течение пяти с половиной лет, которые Антон Павлович прожил в Ялте, жизнь в нашей усадьбе била ключом. Кто только не бывал у нас! Алексей Максимович Горький, В. Г. Короленко, Куприн, Левитан бывали здесь. Горький был наиболее частым гостем», — вспоминала Мария Павловна.

Стены этого дома слышали голос Шаляпина. Здесь играли свои произведения Рахманинов и Спендиаров; бывали Станиславский, Немирович-Данченко, Комиссаржевская.

В гостиной над диваном висит фотография 1899 года — именно таким описывают внешность Чехова Куприн и Бунин. Под портретом на стене прикреплены три пальмовые ветви, преподнесённые писателю после прощального спектакля «Чайка».

Что написано в этом доме

Пьесы «Три сестры» и «Вишнёвый сад», рассказы «Дама с собачкой», «Невеста», «На святках», повесть «В овраге». Здесь же Чехов подготовил к изданию собрание своих сочинений, дважды вышедшее при его жизни — в 1901 и 1903 годах.

В спальне перед кроватью стоит столик, за которым он работал во время обострений болезни. Последний раз Чехов ночевал в этой комнате 30 апреля 1904 года. На следующий день уехал в Москву на врачебные консультации и в Ялту больше не вернулся: из Москвы он отправился на курорт Баденвайлер в Германии, где и умер 2 июля.

Сад

Из столовой через застеклённую веранду виден сад — сильно разросшийся с тех пор. Многие деревья писатель посадил сам, и это была не прихоть: садом он занимался всерьёз и подбирал породы специально. С начала лета и до декабря здесь цветут розы, которые он любил.

Сад — половина впечатления от музея, и в хорошую погоду смотреть его стоит не меньше, чем дом. Про него у нас есть отдельная страница.

Что реально видно на месте

• Кабинет — окно с цветными стёклами, письменный стол, ниша с турецким диваном, камин с этюдом Левитана в облицовке. Главная комната дома.
• Спальня со столиком у кровати — там, где он работал, когда не мог сидеть за письменным столом.
• Столовая и веранда с выходом в сад.
• Сад — деревья, посаженные самим Чеховым, и розы с начала лета до декабря.
• Историко-литературная экспозиция в одной из комнат — для тех, кому нужен контекст, а не только обстановка.
• Чего здесь нет — интерактивности и реконструкций. Это дом, оставленный как есть, и ценность его именно в этом.

Как добраться

Адрес — Ялта, улица Кирова, 112. Это выше центра города, по дороге в сторону автовокзала.

Пешком от набережной — около получаса в подъём. Городским транспортом — маршрутами, идущими по улице Кирова, до остановки у музея; номера маршрутов в Ялте меняются, уточняйте на месте или в приложении, а не по старым путеводителям.

На машине: до Ялты из Симферополя около 85 километров по троллейбусной трассе, из Севастополя — около 85 по Южнобережному шоссе, асфальт везде. У самого музея парковочных мест мало; в сезон разумнее оставить машину выше по улице.

Сезон, время и подготовка

• Сколько времени — на дом и сад закладывайте полтора-два часа. Бегом за сорок минут смысла нет: дом маленький и тихий, и весь эффект от него во времени.
• Лучший сезон — май — июнь и сентябрь — октябрь: сад в это время лучше всего, а в залах не тесно.
• Зимой музей работает, людей мало, но сад голый — остаётся только дом.
• Время суток — утро буднего дня спокойнее всего; в кабинете по утрам через цветные стёкла идёт тот самый свет, о котором писал Куприн.
• Режим работы, выходные и цены пересматриваются, и у музея бывают санитарные дни. Уточняйте перед поездкой.
• Подготовка — никакой, кроме удобной обуви: подъём по улице Кирова заметный.

Даты и подробности, которые стоит оговорить

• 2 июля 1904 года — дата смерти по старому стилю, как она и стоит в источнике. По новому это 15 июля.
• «Спустя пять лет писатель приезжает лечиться» — отсчёт в исходном тексте идёт от 1889 года, то есть речь о 1894-м. Год назван прямо, чтобы не пересчитывать его каждому читателю.
• Три пальмовые ветви под портретом — в источнике сказано, что они преподнесены после прощального спектакля «Чайка», без даты и места. Уточнить это здесь нечем, и деталь оставлена так, как есть.
• Телефон и номера городских маршрутов из исходного текста убраны, а не перенесены: и то и другое устарело. Адрес остался — он не менялся.
• Обрывок английской версии. В исходном тексте была вклеена кнопка-картинка со ссылкой на английскую страницу о музее. Кнопка удалена вместе с остальным мусором импорта.

Поездка с нами

• Индивидуальные экскурсии по Крыму — чеховская Ялта отдельным маршрутом: Белая дача, дача «Омюр», город, который он застал.
• Джип-туры из Ялты — если к городу хочется добавить горы над ним.

Что рядом

• Кабинет Чехова — подробный разбор главной комнаты дома, вещь за вещью.
• Чеховский сад — что растёт вокруг дома и что сажал он сам.
• Дача «Омюр» — где Чехов жил, пока строилась Белая дача.
• Литературный Гурзуф — его вторая крымская дача, у самой воды.
• Ялта — город, в который он переехал по совету врачей.
• Как возникла Ялта — как она стала курортом, на который его отправили.