Мыс Святой Троицы под Понизовкой — оползневая гряда, тавры и поселение

Мыс Святой Троицы под Понизовкой — оползневая гряда, тавры и поселение

Мыс Святой Троицы — невысокий выступ лесистого берега к западу от посёлка Понизовка, между Кацивели и Кастрополем. В море он выходит желтовато-бурым клином, заметным с трассы. У мыса несколько имён: на картах конца XIX — начала XX века он подписан как мыс Святой Троицы, а старые крымскотатарские названия — Кикенеиз, Киркенеис-Бурун, Хисар-Бурун.

Здесь — о самом мысе: как он устроен, почему продолжает двигаться и что в нём находили. Про крепость, стоявшую на его площадке, у нас отдельная страница — там археология, здесь геология и рельеф.

Как устроен мыс

Мыс поднимается над морем на 15—20 метров. В плане он имеет форму трапеции, а поверхность его напоминает морскую террасу — ровную площадку, когда-то выработанную прибоем.

От берегового склона площадка отгорожена дугообразной грядой длиной около 350 метров, засыпанной развалами крупных глыб. И мыс, и гряда сложены верхнеюрскими известняками, отколовшимися от Главной гряды и вмятыми в глинистые сланцы. Это ключ ко всему остальному: твёрдые известняковые блоки лежат на пластичной глинистой основе, и потому они не стоят на месте.

Оползень, который продолжается

Движение блоков здесь идёт и сейчас. На мысе стоят контрольные реперы оползневой службы — по ним измеряют смещения. Это не музейная древность: люди, следящие за склоном, ходят сюда с приборами.

Берег у мыса приглубый и завален глыбами: глубина начинается почти сразу от уреза воды. В шторм волны с грохотом обрушиваются на скалы Святой Троицы, и подойти к воде невозможно; в спокойную погоду берег удобен для высадки — именно этим сочетанием он и был ценен для тех, кто жил здесь в древности.

Овраги и сели

Гряду прорезает долина миниатюрного ручья, который большую часть года сухой. Вода идёт по нему только в дожди — и тогда этот водоток, самого последнего ранга в гидрографии Южного берега, превращается в бешеный поток: ворочает многопудовые камни, выносит их к морю и намывает отмель.

Восточнее к морю выходит узкий и глубокий овраг, целиком врезанный в глинистые сланцы и мощный делювиальный плащ — толщу рыхлого материала, сползшего сверху по склону. В его устье лежит серия морских террас из косослоистых песков, галечников, валунников и прослоев несортированного щебня. После ливней по этому оврагу проносятся водно-грязевые потоки — сели, сметающие всё на своём пути. Такие же овражистые долины с крутыми откосами прорезают берег и западнее мыса.

Практический вывод простой: в дождь и сразу после него в оврагах у мыса делать нечего, а разбивать лагерь в их руслах нельзя вообще. Сухое каменистое дно — это и есть след того, что здесь проходит вода.

Ветер

Мыс обдувается ветрами всех направлений: даже в тихие дни здесь заметно движение воздуха. Летом это плюс — на открытой площадке легче переносится жара; в холодное время года минус: спрятаться от ветра на мысу негде.

Что здесь находили

Стоянки у воды

На мысу и рядом с ним, у самой воды, были стоянки первобытного человека. На их месте сохранились тонкие слои с осколками кремня, обломками лепных сосудов, костями рыб, панцирями крабов, раковинами устриц и мидий. Рыба и моллюски занимали важное место в питании жителей южнобережья уже тогда — и сохранили его в античности и в Средневековье.

Таврские каменные ящики

В 1903 году рядом с мысом В. Е. Данилевич раскопал одиннадцать погребальных ящиков. Многие были повреждены: ограблены ещё в древности, деформированы при сползании делювия, растащены на отдельные плиты. В трёх ящиках лежали костяки — погребённые на боку, в скорченном положении, то есть по обычному таврскому обряду. Среди находок — бронзовые предметы, в том числе втульчатые, листовидные и трёхгранные наконечники стрел. Могильник датируют концом VI — V веком до нашей эры.

В 1968 году археолог Л. В. Фирсов нашёл здесь уже только пять ящиков. Плиты были из известняка с гряды мыса и зеленовато-серого песчаника, залегающего тут же в глинистых сланцах. Остальное уничтожил овраг — тот самый, которого во времена тавров ещё не было. За шестьдесят пять лет между двумя раскопками склон съел больше половины памятника, и это лучшая иллюстрация к тому, что здесь происходит с берегом.

Как устроены такие погребения и почему их называют крымскими дольменами — на странице о таврских могильниках.

Средневековое поселение

На мысу стояло средневековое поселение. В западной части теснились каменные постройки, примыкавшие друг к другу, с проходами-улочками не шире метра; домов насчитывают около двухсот. Часть их, в верхней и средней зонах южного склона гряды, была обнесена стенами — своего рода акрополь площадью около трети гектара. Жилые постройки стояли и на самом гребне гряды, вплотную к боевой стене.

Раскопки О. И. Домбровского 1968 года открыли очень плотный ряд жилых и производственных зданий, в том числе железоделательную мастерскую с двумя горновыми печами, шлаком и кусками железа.

Средневековый некрополь не сохранился: при плантажной вспашке склона под виноградники плугами распахали группу плиточных могил и небольшую кладбищенскую часовню. Видимо, эта часовня и была посвящена Святой Троице — отсюда название мыса.

Что реально видно на месте

  • Глыбовая гряда длиной около 350 метров — самая внятная форма рельефа на мысу.
  • Реперы оползневой службы — метки, по которым измеряют движение блоков.
  • Овраги по сторонам мыса с сухими каменистыми руслами и террасами в устьях.
  • Приглубый берег с глыбовым навалом и узкими полосками пляжа по сторонам.
  • Следы кладки в западной части — то немногое, что осталось от поселения и крепости.
  • Чего здесь нет — целых каменных ящиков, некрополя и стен в рост человека. Мыс интересен рельефом и историей, а не руинами.

Как добраться

Мыс лежит примерно в 3,5 километрах и от Кацивели, и от Кастрополя. Вдоль берега от Кацивели к нему ведёт грунтовая дорога. Пройти можно и со стороны Кастрополя, но проще и быстрее всего спускаться от Оползневого.

От Ялты до поворота около 35 километров по Южнобережному шоссе, от Севастополя — порядка 50; асфальт до посёлков, дальше грунт и тропа. Легковая доезжает до посёлка, последний участок — 20—30 минут пешком вниз, и столько же вверх на обратном пути.

Учтите, что часть береговых спусков здесь проходит по территориям санаториев и частных владений и проход на отдельных участках закрыт. Порядок меняется — уточняйте на месте.

Сезон, время и подготовка

  • Сколько времени — два-три часа на спуск, осмотр мыса и подъём.
  • Лучший сезон — апрель — июнь и сентябрь — октябрь: невысокая трава, умеренная жара, спокойное море.
  • Летом на мысу нет ни тени, ни воды; идти нужно утром.
  • В дождь и сразу после него в оврагах опасно: по ним сходят грязекаменные потоки.
  • В шторм спускаться к урезу воды нельзя — волны перехлёстывают через глыбы.
  • Подготовка — закрытая обувь с жёсткой подошвой: подход идёт по осыпающемуся склону и глыбовому навалу.
  • С детьми — осторожно: край мыса обрывистый и не огорожен.

Числа и имена, которые не сошлись

  • «Более 45 тыс. лет назад» о стоянках неолитического человека. Так в исходном тексте — и это невозможно: неолит отстоит от нас на тысячи, а не на десятки тысяч лет. Цифра, судя по всему, возникла из потерянного дефиса в «4—5 тыс.». Мы её не переносим — то же решение принято на странице Кучук-Исара, где стоит тот же абзац.
  • «Мыс возвышается на 1520 м». Слипшийся диапазон: 15—20 метров.
  • «Конца VIV в. до н.э.» — датировка могильника: конец VI — V века до нашей эры.
  • «Южнго берега» — опечатка исходного текста.
  • Тридцать на сорок метров и двести домов. На странице Кучук-Исара укрепление описано как примерно 30 × 40 метров, здесь поселение — как две сотни домов. Противоречия нет: первое — стены крепости, второе — посёлок вокруг и на гряде. Названо прямо, потому что в пересказах эти числа регулярно сводят к одному объекту.
  • Размеры и даты перенесены без изменений: гряда около 350 метров, акрополь около трети гектара, улочки не шире метра, раскопки 1903, 1968 годов.

Поездка с нами

Что рядом

Позвонить +7-978-788-07-53

Спросим про даты и подберём маршрут, который сюда заезжает